– Погоди, ты о чем, Денис?

Или нет. Курлов выпил, а потом дал и ей выпить – «за любовь и дружбу, девочка» – и она пила, они вместе пили, а потом пошли в спальню. Вот как оно было. Денис прикрыл глаза. В сердце медленно поворачивалось холодное лезвие. А может, никуда и не ходили, а прямо на месте…

Он размахнулся, чтобы швырнуть бутылку в стену, где висели какие-то половнички, лопаточки, кухонные ножи, а над ними стопки тарелок… Но в последний момент остановился. Отставил в сторону рюмку, налил полный, до краев, фужер «Столичной». И ей такой же.

– Пей, – сказал Денис.

Он рывком опять усадил ее к себе на колени, сунул в руки фужер. На халате расплылось темное пятно от пролитой водки.

– Сидеть! – прикрикнул он. – Пей, давай!

Ошеломленно и испуганно она покосилась на него, отпила немного. Зажмурилась, сделала еще глоток. Вот так, крошка. Похоже, Курлову не приходилось тут особо надрываться. Денис одним глотком влил в себя водку, сначала ничего не почувствовал, потом вдруг – обожгло. Курлов не допил эту бутылку, теперь он, Денис, допивает. Прекрасно. Бешенство – болезнь заразная. Вот мы и продолжим, с того самого места… Денис налил еще. Выпил. Валерия вдруг слетела с его колен, будто от удара, упала на пол.

Нет, все правильно. Он ее ударил. Она лежала на коричнево-серых квадратах линолеума, поджав оголившиеся ноги, пряча лицо в ладонях. На ногах, на внутренней части бедер – тоже синяки, чуть пожелтевшие по краям. «Мурло», – мрачно подумал Денис. Он встал, сбросил пиджак. Потом наклонился над ней, рванул в стороны халат. Выскочили маленькие округлые груди с розовыми сосками, внизу курчавился густой лобок.

Он перевел взгляд на лицо. На него смотрели испуганные серебристые глаза с тонкими лучиками вокруг темных зрачков.

– Что с тобой, Денис?.. Это не ты… Я не верю…

– Тот Денис сдох, – ответил он. – Кончился. Мурло.